Костыль не отказал себе и в удовольствии промчаться по прямому ровному участку шоссе. Он вдавил педаль газа до упора и сбросил скорость лишь тогда, когда стрелка на круглом табло спидометра достигла указателя «120».
– Хватит шалить, – сказал Костыль самому себе, – дальше езжай спокойно и не дури. Через десять километров пост ГАИ.
* * *Зуммер гудел долго и настойчиво. Молодой белобрысый парень в милицейском мундире с двумя лейтенантскими звездочками на погонах с трудом оторвал голову от стола. Сонно протерев глаза и широко зевнув, он глянул на часы. Без десяти шесть.
– Поспать не дадут, – недовольно буркнул он и снял трубку.
– Евсеев, спишь, что ли? – донесся раскатистый голос дежурного.
– Никак нет, товарищ капитан. Я тут… отлучился… по надобности.
– По голосу слышу, что врешь. Ладно, Евсеев, поднимай напарника.
– А что случилось?
– Сигнал поступил. Проверишь красные «Жигули» шестой модели, номерной знак 11–42.
– Угон?
– Соображаешь, лейтенант. Действуй по обстановке.
Евсеев положил трубку и, откашлявшись, заорал во всю глотку:
– Сазонтьев, подъ-ем!
Старший сержант, примостившийся на кушетке в углу, тяжело заворочался.
– Товарищ лейтенант…
– Я сказал – подъем!
Разминая руки, Евсеев подошел к подчиненному и пнул сапогом в ножку кушетки. Старший сержант с превеликим трудом поднялся, очумело помотал головой.